Журнал

С таксой-2

Продолжение. Начало в "РОх" №3 (18) Март 2014

С таксой-2

С чего начать охоту с таксой в угодьях? Однозначно – с проверки самых перспективных нор. Обычно еще до начала серьезных холодов лиса начинает посещать норы и готовить их к своему возможному пребыванию. На такие посещения укажет так называемый «выброс» – горка грунта, часто песка, выброшенного зверем из норы. Этот выброс часто является и показателем глубины норы. Выбросы у барсучьих городищ, например, имеют весьма значительные размеры. Выброс указывает также и на характер грунта, в котором вырыта нора.

Немалую помощь в определении наличия лисы в норе играет снежный покров. И даже не потому, что на свежем снеге виден входной след в нору, в конце концов, поверхность у норы может быть перетоптана лисами «чуть более чем полностью». Просто, покидая свое подземное убежище, лиса обязательно отряхнется перед отнорком и оставит на снегу ясно видимую осыпь грунта со своей шерсти. Стало быть, если осыпь перед норой есть, то лисы там – нет.

В отсутствие же снежного покрова вся ответственность за обследование норы на предмет обнаружения в ней зверя ложится исключительно на собаку. Многие молодые и горячие псы в начале своей «норной карьеры» обследуют каждую попавшуюся на их пути нору. Однако с приходом опыта и некоторой мудрости им достаточно взять «пробу воздуха» из отнорка. Если зверя там давно нет – собака тут же потеряет к норе всякий интерес. Сложнее, когда зверь ушел из норы недавно и запах в норе еще очень свежий. Тут собака может допустить даже взлай, но опытный охотник всегда отличит «ложную тревогу» от «боевой».

Подходить к норе следует заранее подготовленным. Оружие наготове, а собаки, кроме той, что пойдет в нору, на поводках или в переносках. Расстановку стрелков лучше обсудить заранее. Мало того что лиса – очень чуткий зверь, так она еще частенько и лежит недалеко от входа в нору, и обсуждения кто где встанет, попытки подозвать собаку, которая уже все понимает и не горит желанием ждать, клацанье затворов, топот и сопение – не будут вам в помощь при попытке завладеть трофеем.

DSC_9616_TА¦¦¦+.jpg

Выбор стрелковой позиции крайне важен. Ни в коем случае не становитесь перед «челом» отнорка, ведь при таком нелепом выборе зверь обнаружит ваше присутствие. Наиболее выгодно стать сзади, но избегайте стоять открыто, замаскируйтесь. Если лиса оторвалась от собаки на значительную дистанцию или выходит из норы при отходе собаки, то обычно это выглядит так. Из норы появляются настороженные уши, вращающиеся, как локатор ПВО. Этот момент самый важный – лиса сканирует пространство, и если она ничего не заподозрила, появляется морда. Зачастую это занимает куда меньше времени, чем вы затратили на прочтение моего описания, поэтому суета охотника при вскидывании оружия может все испортить.

Если собака застала лису в норе, то с этого момента все зависит от двух факторов:

– от конструкции норы. Чем больше у лисы возможностей уйти, тем скорее она покинет свое подземное убежище;

– от того, насколько успешно вы не дали лисе знать о своем существовании.

Для охотника нора – это в любом случае ожидание. Собака ушла в нору – и ты стоишь, ждешь. Превратился в слух и отлавливаешь малейший звук из-под земли, который может помочь в понимании того, что за спектакль разворачивается под землей. Если воет ветер или нора глубока, то время ожидания тянется бесконечно долго. Часто, особенно если нора тупиковая и собака пошла в бой со свежими силами, первого отхода можно ждать час и более. Руки и ноги замерзают, тревога за собаку все усиливается, и охотник идет слушать нору. Кому из норников не знакома эта характерная поза: на животе, голова как можно глубже в норе, ружье рядом, лежишь и, стараясь замедлить биение сердца, слушаешь. Радость норного охотника велика, когда глубоко из-под земли до него доносится очень глухое «вуф-вуф-вуф-вуф», а ведь это лает такса, собака, у которой из всех пород норных собак самый громкий и доносчивый голос. РАБОТАЕТ. Получив заряд адреналина, который тут же отозвался медленно распространяющейся теплотой в уже окоченевших пальцах, охотник возвращается на позицию. Ждать!

И вот наконец из норы показывается собака. Пытаешься ее подозвать, проверить, был ли контакт. И очень часто в момент осмотра упускаешь выскочившую из норы лису. Поэтому глаза у норника должны – как у хамелеона – смотреть во все стороны одновременно. Это шутка, конечно, но в любой момент вы должны быть готовы выстрелить по выскочившей лисе. Этот зверь появляется всегда неожиданно и ровно тогда, когда у вас зачесался нос, бок, нога и вы отвлеклись. Кстати, еще имейте в виду, что нора может иметь и не известные вам отнорки, поэтому чем большую площадь у таких нор вы контролируете, тем лучше.

TГ¦-¦¦¦¦¦-TОTЙ¦-TП ¦¬¦¬TБ¦-.jpg

При осмотре собаки на контакт могут указывать как пробои на морде от лисьих зубов, так и шерсть в пасти. Если хотя бы один из этих факторов есть, придержите собаку рядом с собой. Дайте зверю возможность выйти, если у него есть такое желание. Нередко, если собака не подошла к охотнику, а сразу, глотнув свежего воздуха, ушла в нору, до охотника начинает доноситься ее лай, который постепенно удаляется под землю – значит, зверь был готов к выходу, но собака не дала ему такой возможности и запрессовала на исходную позицию. В этом случае у вас только один выход – снова ждать. При отходе собаки зверь, если даже он не вышел, может переместиться в невыгодную для себя позицию, при которой собака, действуя активно, может вступить с ним в такую схватку, в результате которой лиса примет решение покинуть нору, либо, если схватка происходит у входа в котел, собака может проломить лисью оборону и вынудить ее совершить «размен». Размен – это наиболее выгодный для охотника вариант развития событий. Лиса, преследуемая собакой, даже оторвавшись от нее в лабиринтах норы, выходит нескоро и не имеет времени на объективную оценку окружающей территории. И такса, у которой мозги всегда превалируют над слепой злобой, умеет применять этот прием как никто другой.

Когда на испытаниях к норе подводят таксу, эксперты всегда оживляются: человеку, способному оценить красоту работы собаки в искусственной норе, эта порода способна доставить истинное удовольствие. Например, Вальда, мать моей Аниты, на международных соревнованиях в свое время заслужила от эксперта следующую характеристику: «Это самая красивая работа собаки, которую я видел за последние три года!» И правда, в искусственной норе такса несется со скоростью, при которой лиса догоняется в два счета, и тут окружающие понимают, почему таксу именуют «собакой тактики». Настигнув лису и посадив ее не в котле, а в трубе, такса не всегда имеет возможность сразу пробить лису, и тогда она совершает молниеносный рывок в обход по кольцу. И горе лисе, не успевшей вовремя развернуться. Разогнавшаяся собака с лету пробивает ее, теснит и, если лиса оказывается в тупике, врывается в котел, совершая размен. Более того, в следующем котле ситуация чаще всего повторяется. Такса умышленно не блокирует собой выход и часто специально не берет зверя – давая возможность ему покинуть котел. Так и в природной норе: такса, пользуясь своим малым ростом, «фехтует» со зверем, расшатывает его оборону, отходит и вновь атакует, стараясь получить то решающее преимущество, которое позволит ей переиграть зверя под землей.

Но вот лиса наконец вышла из норы, и вы ее успешно отстреляли. С ПОЛЕМ!

А если нет? Сколько дней преподносят нам такие погодные условия, что лиса не желает сидеть в норе, и обследование ее подземных убежищ не дает нам ровным счетом никакого результата. Неужели охотник с таксой в таком случае обречен на грустное возвращение домой? Конечно нет. Не стоит забывать, что, во-первых, такса произошла от гончих. И своеобразной гончей собакой она на текущий момент и остается. А во-вторых, таксу вывели немцы, а они крайне славятся своей практичностью. Вот и такса, при всей своей приспособленности к действиям под землей, с радостью и удовольствием поможет хозяину и на поверхности.

А стало быть, не обнаружив лису в норах, стоит поискать ее на поверхности. Где именно? Тут я могу говорить только о своем опыте, а он достаточно специфичен – мы охотимся в степях. Итак, где искать рыжую? В наших условиях ответ прост – в камыше. Степи изрезаны ярками разной степени глубины и влажности, это дает камышу возможность захвата огромных пространств. Нередки участки камышей до километра в ширину и до десятка километров в длину. Такие камышовые острова населяют кабаны, волки, лисы, енотовидные собаки. Находит там убежище и красавец мира птиц – фазан. Собака любой норной породы обладает сильной межвидовой агрессией и с большим азартом будет отыскивать всю живность, которой интересуется охотник.

Многие собственники норных, но не такс, зачастую пытаются указывать на то, что для работы в камыше и глубоком снегу такса мало пригодна из-за коротких лап. А вот ягдтерьеры якобы чувствуют себя как рыба в воде. Это не так. Камыш преодолеваем таксой иногда легче, чем собакой другой породы. И именно благодаря росту. Им не надо ломиться сквозь камыш – они сквозь него струятся. Этому в немалой степени способствует то, что и лисы с енотовидными собаками, и фазаны набивают в камыше тропы, которыми в силу роста такса перемещается со всеми возможными удобствами. Камыш может быть недоступен норной лишь в том случае, когда он полон воды и для собаки ростом ниже колена непроходим, впрочем, при таких условиях и лиса будет выбирать себе места посуше – норы и лесопосадки.

Что касается глубокого снега, то хочется отметить, что высота в холке у кобеля таксы – 27 сантиметров, а у кобеля ягдтерьера, который все еще приспособлен к работе в норе, – 36. И эти 9 сантиметров не дают ему сколь-нибудь существенного преимущества в снегу.

Итак, работа на поверхности. Она не сильно отличается от работы спаниеля или ретривера до выстрела. Такса шерстит крепкие места, утюжа пространство впереди охотника своеобразным челноком. Если остров камыша имеет ширину небольшую, то собака может и не лезть в самую крепь, обычно она режет такие места, обходит их по окружности и проверяет наличие зверя не своим присутствием, а чутьем. И надо отдать должное, оно собаку редко подводит: уж сколько раз мы, недовольные таким поведением собаки, сами углублялись в заросли – все без толку, нос собаки не проведешь. Кстати, несмотря на то что такса это – гончая, она, как праваило, пользуется верхним чутьем. При благоприятном ветре она «привстает на цыпочки» и, уловив запах добычи, делает молниеносный рывок в заросли – и вот уже красавец фазан свечой взмывает над камышом под характерный взлай таксы. Или вот другой случай…Поздняя осень, день пасмурный, ветреный, но сухой. Мы обошли уже много нор, но собаки теряли к ним интерес уже у отнорков – лисы к норам даже не подходили. Тогда принимаем решение поискать зверя в большом камыше, тем более что компанию нам сегодня составляет Игорь со своей Лайкой, а этот черный кобель в камыше работает фактически с детства.

Разбиваемся на пары и, выдерживая дистанцию между людьми в паре порядка 100 метров, начинаем двигаться вдоль стены камыша. Собаки то с интересом углубляются в камыш, то идут вдоль, внимательно принюхиваясь и прислушиваясь. Анита пару раз совершает рывки в крепь, но каждый раз парами поднимаются фазанки, и я, естественно, не стреляю. Вот впереди показался обширный, но крайне мелководный разлив ручья с плотным кочкарником, камыш здесь сузился до 100-150 метров. И тут Лайка подает голос, и мои спутники подтягиваются, стараясь локализовать потенциальную добычу. Я хочу последовать примеру своих товарищей, однако замечаю, что Анита, не обращая внимания на суету, почти по прямой линии начинает прорезать камыш, удаляясь в сторону того самого разлива. Бегу за ней, попутно пытаясь привлечь внимание товарищей, но камыш, их азарт и отдаленность не дают мне такой возможности. Бегу. Вижу, как Анита почти вплавь, с шумом и брызгами, пересекает разлив и врубается в камыши в его центре. Взлай, хлюпанье воды, треск камыша и абсолютно мокрая лиса улепетывает через склон в двухстах метрах от меня. Лайка в это время поднимает очередную курицу. Немая сцена по Чехову.

В современном мире все изменяется, иногда до неузнаваемости. Борзые гоняют механического зайца, легавые работают по искусственно выпущенной в угодья дичи, и лишь норная охота остается такой же, как в прошлом и позапрошлом веке. Собака одна уходит в нору, а охотник все так же стоит с ружьем и лопатой, вслушиваясь в то, что сокрыто под землей, и ждет, ждет, пока его верный друг поможет ему получить заветный трофей. Надеюсь, мой рассказ будет интересен тем, кто еще не открыл для себя увлекательный мир норной охоты, полный сильных эмоций и переживаний, радостей от победы твоей собаки над хитрым зверем. А также тем, кому любопытно почитать о применении на охоте такой древней породы норных собак, как такса.


Текст и фото: Олег Озерский 

Вернуться к содержанию номера


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№1 (52) 2017 №12, Декабрь. 2012 №10 (37) 2015 №3 (42) 2016 №3 (54) 2017 №8, Август, 2013