Журнал

Чон - предок Чингисхана

Монголия. Нежаркий осенний день. Наш небольшой караван движется по направлению к горам Бурхан -Халда, к истокам реки Онон. Караван – это два джипа и УАЗ с экспедиционным скарбом. 

Чон - предок Чингисхана

За рулем головного джипа Ганбаатар – проводник и начальник нашей охотничьей экспедиции. Он, что называется, прирождённый охотник. Таких людей безошибочно узнаёшь среди егерей и проводников.  По какой-то особенной точности движений. По походке. По ясному взгляду. По немногословной речи. Ганбаатар явно из числа охотников-корифеев. Между прочим, чемпион Монголии по охоте на волка (есть, оказывается, и такой спорт) На его счету больше тысячи добытых волков. Тайн и загадок в охотах для него нет. Свою страну он знает до тонкостей. Изучил в геологических экспедициях, на охотах и рыбалках, на контрабандных тропах и бог ещё знает при каких обстоятельствах. Мы в Монголии уже не в первый раз и твёрдо знаем: Ганбаатар – прекрасный охотник и организатор экспедиций.

Но вот Ганбаатар останавливает джип и вглядывается в цепь недалёких гор. «Сейчас будем делать загон», – говорит он по-русски. Это значит, что на каменистых вершинах сопок вероятны волчьи гнёзда. Идея охоты проста. Охотников расставят на лазах, а зверей «толкнут» с мест лёжки. Но кто будет исполнять роль загонщиков, кто поднимется вверх по довольно крутым лесистым склонам?

Здесь нелишне заметить, что природные условия и рельеф Монголии весьма разнообразны. Есть и скалистые горы, и бескрайние равнины, степи и пустыни. Но преобладающий рельеф – холмы или невысокие горы, разделённые широкими долинами. В более ровных местах загонщики разъезжают на джипах. Загон в степи, кстати, великолепное зрелище. Это вам не лесные загоны, где если и видел зверя, то всего несколько секунд. Здесь манёвры загонщиков и волчьи побежки видны издалека, и сцены охоты можно наблюдать долго. Но в гористой местности всё происходит не так. Здесь понадобятся конные загонщики. Что же. За этим дело не стало.

Ганбаатар подъезжает к одинокой юрте. Короткие переговоры, и хозяин юрты седлает коня. Двое его взрослых сыновей берутся за винтовки. Все немедленно бросают дела и собираются на охоту. А как же иначе? Со времён Чингисхана заведено: «Кто отказался от охоты на волка – повинен смерти». Яса Чингисхана предписывала ломать таким нерадивым спины. И ломали, будьте уверены. Волк (по-монгольски – чон) – страшный враг скотовода. Каждая зарезанная лошадь стоит пастухам десятую часть их годового заработка. В современной Монголии проживает три миллиона человек. Лошадей тоже три миллиона, да три с половиной миллиона коров. Десятки миллионов коз и овец. Зачем так много животных? А это как деньги в банке. Деньги то прирастают, то куда-то исчезают. Так же и скот. В снежные зимы копытные гибнут от бескормицы. И постоянно страдают от волков, которых в Монголии очень много. Считать их трудно, но называют цифру – до ста тысяч. Вот почему параграф 17 монгольского Закона об охоте разрешает убивать волков любыми способами в любое время года. Всего, по официальным данным, в год добывают пять-десять тысяч волков. Фактически, конечно, гораздо больше. Но, похоже, поголовье волков не уменьшается.

Итак, мы занимаем номера и напряжённо вглядываемся в склоны гор. Всадники уже поднимаются с противоположной стороны. Наконец, Ганбаатар открывает стрельбу трассирующими пулями по вершинам сопок. Бегите, волки, бегите.

Волнение нарастает. Только охотник может понять, как обостряются в такие минуты внимание, зрение и слух. Мой номер – довольно высоко по склону, ближе к перевалу. Вдруг сверху слышится странный звук. Что это, ведь волк так шуметь не будет? Конечно, это не волки. На перевале появляются крупные статные животные. Аргали! Бараны Марко Поло. Какая удача! Рогачи, самки и молодняк вереницей проходят мимо меня. Стрелять, конечно, нельзя. Но и видеть баранов вблизи – большое счастье. А тем временем слева раздаются выстрелы. За перегибом мне не видно, кто стрелял и каков результат. Однако вскоре замечаю одинокого волка, который прорвался на равнину и на махах несётся по степи. Кто-то на джипе немедленно бросается в погоню. Вот они поравнялись, вот послышались звуки выстрелов. Похоже, серый разбойник не ушёл.

Умом я понимаю монголов. Волков, по их понятиям, следует истреблять без всякой пощады. Но смотреть на это грустно. Матёрый зверь обманул охотников, ушёл из оклада. Увы, против современной техники у него нет шансов. Я верю старой монгольской легенде: предки Чингисхана ведут род от серо-голубого волка и буланой оленихи. А это означает, что «хан хищных зверей Чон» достоин честного поединка: человек против волка.

Охота закончена, шкуры трёх волков выкладываются на капот. Монгольский волк невелик, килограммов сорок. Шкура, понятно, серая, но со стальным отливом. Монголам это не в диковинку. По кругу идёт бурдюк с кумысом. Лица оживляются. Оказывается, намечено соревнование по стрельбе. Можно назвать эту забаву «упражнение „бегущий волк“». Делается это так. В старую покрышку вставляется картонка с мишенью. Покрышку отвозят на холмик и с размаху сбрасывают вниз. Конструкция катится, подпрыгивая на камнях, и быстро набирает скорость. Стрелок должен выпустить в двигающуюся мишень как можно больше пуль. Потом считают дырки. Волнение при этом необычайное. Мне лично показалось, что соревнование было «с интересом», а ставки – внушительными.

Совершенно другая история – охота «на вабу», с подвывкой. Вот тут уж точно всё по-честному. Первый раз я участвовал в такой охоте там же, в верховьях Онона. Посреди одному ему ведомой поляны Ганбаатар вышел из машины и расстелил на траве одеяло. «Ложись, отдохнём. Пусть луна выйдет из-за туч», – сказал он мне. Долго ли, коротко ли, но луна действительно появилась. Ганбаатар средними пальцами зажал нос, сделал из ладоней рупор, стал на колени, наклонился к земле и издал низкий, протяжный вой матёрого волка. К моему удивлению, почти сразу послышался ответ. Похоже, волки, услышав голос вабильщика, приняли его за голос постороннего волка, пришедшего к их логову и угрожающего потомству. Ганбаатар подвыл ещё один раз, и мы немедленно перебежали метров на пятьдесят по ветру и затаились. Предполагалось, что, подходя на голос против ветра, волки окажутся на выстреле. Но получилось не так. Волки на поляну не вышли. Раздосадованный Ганбаатар заявил, что он немного сфальшивил на «последней, самой трудной ноте» Волки поняли обман и ушли.

Ещё интереснее охотиться зимой. Лучший сезон – в начале зимы. В это время волки по ночам спускаются с гор и бродят вокруг стад. По утрам возвращаются к своим лёжкам. Надо с рассветом занять правильную позицию на склоне сопки и подвыть. В морозном воздухе звуки разносятся далеко. Если волки ответят, можно переместиться ближе к их вероятным лазам. В неясном утреннем свете уже можно увидеть волков и прицельно стрелять. Впрочем, и загонные охоты зимой добычливы. Во-первых, читаем следы. Во-вторых, на снегу волка куда лучше видно, чем в траве. Но холодно бывает стоять на номере в продуваемой ветрами степи, при двадцатиградусном морозе! Впрочем, известно: нет плохой погоды, есть плохая одежда. Пуховая куртка, капроновый маскхалат, обувь с тёплыми вкладышами, меховые, а лучше пуховые рукавицы. Зато как здорово бывает ночевать в тёплой юрте, у печки, время от времени подбрасывая в неё немного пахучего сухого кизяка. А ужин! Позы с бараниной, отварная жеребятина, сметана, кумыс… Как тут удержаться!

Богата Монголия! Разумеется, охотятся там не только на волка. В гористых районах встречаются горные бараны и маралы. В долинах пасутся тысячные стада антилоп. В приречных зарослях – косули. Попадается много непуганой птицы: дроф, гусей, тетеревов, куропаток. Можно проверить верность глаза и твёрдость руки, поохотившись на сурков- тарбаганов. На севере, в таёжной зоне близ границы с Бурятией, встречаются кабаны и медведи. Наконец, любители-таймешатники могут прекрасно поохотиться на «речного волка», причём к заповедным тайменьим рекам можно добраться без вертолёта, на автомобиле или на лошадях.

Упомянем ещё такую экзотику, как охота с беркутами. Эта древняя и редкая охота всё ещё практикуется в Монголии. Трудно поверить, что птица может убить волка. Ведь волк даже с лошадью может справиться. Однако это так. Помнится, в Калмыкии показывали мне местные охотники ловчих беркутов. Пара огромных орлов с кривыми клювами и страшными когтями как-то нехорошо на меня поглядывала. Эти могут взять волка! Говорят, калмыки ездили к родственным по крови и языку монголам обучаться тонкостям этой сложной охоты.

Все экспедиции начинаются и заканчиваются в Улан-Баторе. Это странный город со вполне современным центром и войлочными юртами на окраинах. Гостиницы, рестораны, ночные клубы. Приятно, конечно, возвратиться в цивилизацию после скитаний. Но снова и снова тянет вернуться на охотничьи просторы этой удивительной страны – Монголии.

  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить

Текст и фото: Виктор Кузерин, ген.директор компании "Содис" 


Вернуться к содержанию номера


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку