Журнал

О тех, кто нас ждет с охоты

В преддверии Международного женского дня 8 Марта «Русский охотничий журнал» посвятил свой номер женщинам-охотницам, что очень справедливо... 

О тех, кто нас ждет с охоты

У охотников-мужчин, особенно старшего поколения, часто сквозит, что не женское это дело: куда бабе охотиться. Однако много раз я сам замечал, что в плане самодисциплины, организованности, собранности женщины дадут сто очков вперед мужикам. Мне такие охотницы встречались и на загонной охоте, и на ходовой, и на вышках: везде они ведут себя достойно – есть чему поучиться, а стреляют вообще «будьте-нате». Знаю, что в ЮАР есть пи-эйч-женщина и, по словам коллег, достаточно профессиональная.

Но я бы хотел рассказать о тех женщинах, без которых и охота не охота, о тех, кто ждет нас дома, кто собирает на охоту, принимает от нас добытые дары природы, кто готовит, радуется за нас и утешает в случае неудачи, кто любит наших охотничьих собак и больше всего – нас.

Начну с мамы. Мать – это первый человек, который оценивал мои охотничьи результаты, втайне и явно гордился моими успехами. Переживала и ругала, но никогда и ни за что не отговаривала от этой страсти-напасти. Я думаю, как мудрая женщина, она понимала, что в охоте состоится настоящий мужчина, и посему к снаряжению и оружию в доме было отношение нормальное.

А вот моя бабушка Ирина – та, наоборот, переживала за меня, всегда вслед ругалась и ворчала: «Вот утонешь в своем болоте – лучше домой не возвращайся». Нелюбовь ко всему охотничьему у нее была после конфуза, даже ЧП, который с ней приключился. Мой дядя Володя работал в Сибири механизатором и в трактор частенько брал с собой ружье. Так вот однажды, придя вечером с работы, он повесил на вешалку пиджак, а бабушка решила его почистить. Начала выбивать пыль о перила, и после третьего удара один из патронов 16-го калибра, заряженный картечью, выстрелил: капсюль попал на что-то металлическое. Бабушка грохнулась с крыльца, картечью повыбивало окна в сенях, но никто не пострадал. Потом бабушку очистили от пыли, но страх у нее остался. Правда, несмотря на это, уток и тетеревов, которых я приносил с охоты, она теребила и обрабатывала (палила, вынимала внутренности) и радовалась мясу, как только может радоваться человек, переживший голод войны. Она же в первый раз и показала моей молодой жене пуховую вошь, которая поползла у нее по руке. После этого птицу домой я приношу только ощипанную и опаленную, а еще лучше – приготовленную.

Следующий, кто был посвящен и всячески помогал мне, – это моя младшая сестра Людмила. Вот ей охота по-настоящему нравилась, она искренне вникала в процесс, даже участвовала в охоте со мной. Когда я подстрелил утку, она нашла подранка, поймала его, а потом кричала, чтобы я не стрелял второй раз. Кстати, ее не привело в шок умерщвление того путем свертывания шеи. Ей до сих пор нравится готовить дичь, и я хоть и не часто, а все же подбрасываю ей мясо с охоты, и она с удовольствием готовит.

Со старшей сестрой повезло еще больше – она была женой охотника, и охотника неплохого, по нашим местным деревенским меркам. Заботы о семи ребятишках, которые у нее народились, не мешали ей собирать мужа на охоту, а иногда и мне перепадали ее внимание и забота. По крайней мере и пороха она мне отсыпала, и дроби давала потихоньку от мужа, видя мою страсть. Я помню случай: сибирская деревня, открытие охоты на утку... Деревня буквально вымерла – все от мала до велика шли на охоту, а мужу Володе надо ехать в рейс. Так вот она облила ему руку йодом, перебинтовала и послала в контору – типа сильный порез. В рейс его не отправили, а потом ему приходилось целую неделю не забывать перевязывать руку, иначе бы попался.

Со своей женой я познакомился, когда окончил институт. Она помогала мне собираться на охоту. Даже наше с ней первое совместное фото – я с ружьем и она рядом. С тех пор, если я собираюсь на охоту, жене даже сказать нечего – сама собирала. Ну а по правде, надо сказать, что она разделяет мою страсть, всячески культивирует, переживает за меня, волнуется, иногда и не спит ночами, но считает, что на охоте я отдохну, заряжусь энергией леса. Да и то сказать, если бы она не любила и не помогала, разве отпускала бы меня в год на 169 дней охоты? Недавно был такой забавный случай: позвонил друг и говорит, что офлажкованы волки, но середина недели – дел куча, в том числе и домашних. Один звонок домой с сомнением – уезжать или нет. Ответ жены: «И что мы думаем? На диване волка не добудешь». И пока мы едем домой, уже собран мой походный чемоданчик и все необходимое в дорогу, заправлен термос. Всегда собраны все носильные вещи, постираны хозяйственным мылом вещи на охоту на медведя. И всегда стараюсь ей отчитаться, добыл или нет. Условие одно – чтобы не простыл и был начеку. Доходит до смешного. Мои друзья посмеиваются: «А теперь, Леонидыч, звони жене – медведь лежит».

Дочери всячески и во всем помогают мне в охоте. Младшая до замужества помогала собирать и разбирать вещи для охоты. Старшая, работая в охотничьем журнале, успокаивает всю семью и говорит, что наш папа еще не самый помешанный на охоте, есть и еще почуднее. Обе разделяют все мои охотничьи победы, смотрят и оценивают фотографии.

И это не только в моей семье – так и в других семьях. Приведу несколько примеров: у охотоведа нашего хозяйства жена, Оля, не только жена охотника, но и дочь и говорит, что с детства ей знакомо все, что связано с охотой, – вкус дичи и сборы, компании и обсуждения. Она вспоминает, как они, три дочери и мама, ждали с охоты отца, как приезжал к ним в гости знаменитый писатель Борис Можаев, как они слушали его, и теперь для нее все то же повторяется на родной Рязанщине, в Берендеевом лесу, с мужем. И свое отношение она передает двум дочерям и сыну, который в такой семье тоже станет охотником.

А у моего товарища А.Д. Кондратьева мама никогда не ложилась спать, пока мы не приезжали с охоты – неважно, когда это было по времени. Подчас осенью мы объезжали поля с подхода и возвращались под утро. Подъезжали к дому и видели: на втором этаже колышется занавеска – Мария Кузьминична не спит, ждет. И так до самой смерти.

Однажды мы с Алексеем Дмитриевичем посещали нашего больного товарища, бригадира охотничьего коллектива (сильнейший инсульт, как итог – частичный паралич и инвалидность). Приехав к нему поговорить и поддержать, я столкнулся с реакцией его супруги Надежды. Она поделилась мыслью, что хоть и переживает за него, за его здоровье, но все же он дома: «Я вот раньше ждала его с охоты, скакала, как белка, по окнам, выглядывая его, волновалась».

Так вот, мужики-охотники, поднимая тосты на охоте, не забудьте поднять тост за тех, кто нас ждет с охоты!

Текст: Леонид Палько

Фото: © Depositphotos.com / blinow61


Вернуться к содержанию номера

Людмила
Очень интересная статья,полностью подтверждаю правдивость историй,спасибо,как будто побывала в детстве.
Имя

Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№5 (32) 2015 №10 (73) 2018 №4 (31) 2015 №1 (16) Январь 2014 №2 (65) 2018 №7 (58) 2017