Журнал

Люди и нелюди. Историческое расследование

Однажды он появляется в твоём доме: маленький толстолапый щенок. Он смешно ковыляет по линолеуму, иногда оставляя лужи и кучки, торопливо хлюпает в миске с едой или радостно встречает тебя, когда ты приходишь убираться в его вольерчике. Постепенно он растёт, под твоим руководством познаёт мир, становится твоим помощником и членом семьи, разделяет с тобой самые яркие моменты охоты и самые горькие поражения. Может ли кто-то по-настоящему полно описать, что значит для настоящего охотника его собака? Вряд ли это возможно. Это и друг, и залог успеха на охоте, а иногда и кормилец семьи. Это не ружьё, это живое существо, для которого в тебе сосредоточен весь мир. 

Люди и нелюди. Историческое расследование Но вдруг однажды он грустнеет, или начинается рвота. Хорошо, если ты окажешься рядом, сможешь правильно понять, ЧТО случилось. А потом будут долгие часы под капельницами в кабинете ветеринара или на коврике у собачьего места. Уколы, таблетки… Только бы жил… Или выстрел в лесу. Не твой. Взгляд на трек в GPS, забег – и вбитое выстрелом в снег тело.
Люди и нелюди. Историческое расследованиеНедавно мы потеряли нашего Заливая. Он умер на руках у моего отца. Лишь позднее мы узнали, что у егеря пропала одна из лаек. А год назад у ныне покойного знакомого гончатника – сразу две гончие. В интернете также с пугающей регулярностью появляются крики души охотников, потерявших своих собак. Какие люди или нелюди это делают? Почему? Как мы можем защитить себя и наших питомцев? Попробуем разобраться.

«Герои нашего времени»

Врага надо знать в лицо. К сожалению, значительная часть этих людей и сама является охотниками. Мало того – ещё и держит своих собак. И их действия вызваны отнюдь не неприязнью к самому животному.

«Охотпользователи». Причин их действий может быть несколько. Первая: нежелание, чтобы в угодьях присутствовал, к примеру, человек с гончей, тогда как законных оснований для отказа в получении разрешения на охоту на зайца или лисицу нет. Одну собаку у местного деда стрельнут, вторую – больше не заведёт… Вторая: конфликт с охотником из-за возможного использования собаки для добычи видов, не указанных в разрешении. Пара-тройка серьёзных разговоров – и собаки не будет. Третья оригинальна. Есть в народе такой предрассудок: нельзя пускать собаку в лес в ошейнике – зацепится за что-нибудь и удавится. Многие до сих пор, в эпоху GPS, упорно продолжают следовать этому правилу. А ещё один предрассудок, только уже охотпользовательский – нужно убрать собаку, находящуюся в лесу без опознавательных знаков, так как очень велика вероятность браконьерства. Возможное решение проблемы – её предотвращение. Обе стороны должны попытаться договориться и прийти к компромиссу.

«Добрые соседи». Им просто не нравится то, что ваша собака шумит. Или они не любят животных в силу особенностей менталитета. Причины могут быть разными, но результат один: на вашем участке оказывается кусок мяса с отравляющим веществом. Или (реальный случай из практики) – отравленная крыса из соседнего сельхозкомплекса, где работала отравительница. Без зазрения совести рассказавшая о содеянном. На мой вопрос, зачем она это сделала, последовал ответ: «А что он тут мне будет лаять?» Это просто моральные инвалиды, и сделать с ними ничего нельзя.

Причиной конфликта иногда становится неаккуратность и даже безалаберность самих владельцев, происходящая из их, мягко говоря, странного отношения к жизни. У некоторых собаки безнадзорно болтаются по улице (пусть даже и не покидая территории посёлка, в отличие от описанного ниже варианта «вольных охотников»), а потому попадают под колёса или становятся жертвами «собакофобов» разного рода.

«Завистники». Есть такая притча: «У одного человека был очень богатый сосед. И этот человек хотел иметь всё то, что есть у его соседа. Тогда он обратился к Господу Богу и попросил для себя материальные блага. Бог ответил: „Я дам тебе всё, что ты захочешь, только с одним условием: твоему соседу я дам в два раза больше“. И тогда этот человек попросил: „Господи! Выколи мне один глаз!“» К сожалению, в России она очень актуальна. Видит один охотник, как другой постоянно возвращается с добычей или вырастил настоящую собаку-чемпиона, а у самого тяму не хватает, или просто конкурента из угодий убрать хочется. Результат предсказуем.

«Мстители». В пояснениях не нуждается: затаённая обида, злость. Дом поджечь или машину – уже уголовка, а вот собаку отравить – ты попробуй докажи.

«Пострелушечники». Покатушечники, стреляющие во всё, что движется, «чтоб не жило», или, при случае, ради мяса. Они могут оказаться в любом месте в любое время, используя для отстрела пневматику или незаконно хранящееся оружие.

«Догхантеры». Согласно определению «Википедии» – самоназвание лиц, которые по собственной инициативе занимаются отстрелом или отравлением безнадзорных собак в населённых пунктах. Свои действия они мотивируют неспособностью местных властей контролировать популяцию безнадзорных собак. Методы, которыми они пользуются, не могут быть приняты цивилизованным обществом. С правовой точки зрения «догхантинг» во всех случаях представляет собой умышленное преступление, зачастую совершаемое группой лиц по предварительному сговору. Как в случае отстрела, так и в случае умышленного отравления. Законный отстрел любых неохотничьих животных на территории Российской Федерации невозможен однозначно. Даже за пределами населённого пункта он не может считаться охотой (даже при наличии разрешения на добычу каких-либо видов), так как никакая собака, кроме енотовидной, на территории нашей страны охотничьим видом не является и получить официальное разрешение на такую «охоту» невозможно.

Люди и нелюди. Историческое расследование

В случае умышленного отравления в угодьях речь также идёт о преступлении, поскольку п. 62.6 «Правил охоты» запрещает применение «снотворно-наркотических, отравляющих и обездвиживающих веществ, кроме осуществления видов охоты для отлова охотничьих животных с применением обездвиживающих веществ в соответствии с законодательством Российской Федерации».

Федеральный закон от 27.12.2018 № 498-ФЗ (ред. от 27.12.2019) «Об ответственном обращении с животными» в п. 2 ст. 18 «Организация мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев» однозначно указывает, что: при отлове животных без владельцев должны соблюдаться следующие требования: …2) животные, имеющие на ошейниках или иных предметах сведения об их владельцах, передаются владельцам; 3) применять вещества, лекарственные средства, способы, технические приспособления, приводящие к увечьям, травмам или гибели животных, не допускается; 4) индивидуальные предприниматели и юридические лица, осуществляющие отлов животных без владельцев, несут ответственность за их жизнь и здоровье…». И так далее (документ доступен для самостоятельного ознакомления: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_314646/fcb78c5ae8d483817aa441435f2caba91203903e/). И правило «что не запрещено, то разрешено» здесь не работает.

От божества к псу смердящему

К сожалению, испокон веков в нашем обществе сформировалось двойственное отношение к собаке. Как же оно сформировалось?

Собака у древних славян ассоциировалась со смертью и потусторонним миром, который знаменовал не описываемую церковью геенну огненную, но иную сторону бытия, его продолжение в Ирии. Потому собака, наряду с конём и петухом, входила в список животных, которые чаще всего «сопровождали» умерших в последний путь. Согласно исследованиям захоронений IX–X вв. Киева, Чернигова, Старой Ладоги и т. д., кости животных были обнаружены в 48% погребений. Наибольшее их число принадлежит коню, но некоторая часть и собакам. А вряд ли наши предки стали бы класть в могилы со своими умершими что-то ненужное. Собак, точно так же как и коней, считали важным подспорьем в будущей «загробной» жизни. Крайне интересно в этом плане погребение Л-129. В насыпанном над могилой покойного кургане скелет собаки лежал на краю могильной ямы, и по некоторым признакам было установлено, что это захоронение носит впускной характер. То есть собаку «подхоронили» к покойному! Не удалось выяснить возраст данного животного, но можно предположить, что к хозяину положили его умершего от старости или погибшего позднее пса.

Нелишним будет заметить, что плохое отношение к рабочей собаке вообще несвойственно племенам и народам, которые занимаются охотой. К примеру, эвенку-охотнику из книг Г.А. Федосеева другой эвенк отдал за хорошего рабочего кобеля своего грудного сына. Вот какую ценность имела хорошая рабочая собака, ведь её охотничьи способности могли спасти от голода всю оставшуюся семью.

Отношение к собаке меняется с укреплением христианских верований. Вот что сказано о ней в священных книгах. Царь Соломон: «Псу живому лучше, нежели мёртвому льву» (Еккл. 9: 14); апостол Павел: «Берегитесь псов!» (Филипп. 3: 2). Апостол Пётр, обличая грешников, говорит: «Пёс возвращается на свою блевотину» (II Пётр. 2: 22). Уничижительное отношение было заимствовано из верований иудеев, поскольку египтяне травили народ Моисея своими боевыми собаками и поклонялись Анубису (божеству с головой пса). Привязанность человека к собакам порицается и современным православием, хотя и менее выраженно, видимо, исходя из нежелания конфликтовать с их состоятельными владельцами-прихожанами. Кроме того, основное закрепление христианства и формирование русского православия «в массах» произошло приблизительно в один период с новым спадом охотничьей деятельности и увеличением доли земледелия, потому неудивительно, что изменение отношения к собаке произошло так быстро.

А что же сами охотники, что для них собака – «душа охоты»? Заглянем в историю. В «Ручной книге для егерей и охотников» (1830) И. Гурьянов призывает не драть собаку за уши, ибо от этого она глохнет, а исхудавшую от побоев и голода во время обучения «помощницу» следует всё же потом подлечить, помазав сметаной, конопляным или льняным маслом. В 1851 году автор, скрывавшийся под псевдонимом Патфайндер, в своих «Егерских записках…» писал: «…Наши гг. охотники любят только собак во время охоты, а что касается до того, чтобы помочь больной собаке, исследовав её болезнь, то об этом гг. любители собак ещё не заботились … Собака славится с давнего времени привязанностью и верностью к человеку, а человек, несмотря на свой ум и средства, чтобы облагородить сие умное животное, иногда жалеет куска чёрного хлеба, бьёт её за самую малейшую ошибку, особливо наши мужики-егеря… от ходьбы частой и от голода собаки у мужиков едва таскают ноги, и следовательно, гонять по дичи, хотя бы и хотели, да не могут». В 1873 г. М.П. Вавилов в «Охоте в России во всех её видах» убеждает охотников не «забрасывать» лишних щенков из-под суки живыми, называя это варварством. Как гуманную альтернативу он предлагает пришибить их головой о забор или камень, убеждая, что сделать это очень легко. Также автор просит коллег охотников всё-таки водить собак гулять, не заставляя их сдерживаться до последнего, предупреждая, что собака от этого может испортиться. А дальше следует вообще «шедевр»: «Никогда не должно жестоко наказывать собаку, особенно на охоте, тем более бить палкой, сапогами или прикладом ружья. Я лично видел, как один охотник, ударивши сгоряча прикладом собаку, переломил ей хребетную кость, и она уже больше не вставала…» Комментарии излишни.

Что мы хотим от других людей, для которых собаки не то что не помощники, а источники страха и отвращения? Или… дополнительного дохода. Те, кто в советские времена имел хоть какое-то отношение к пушнине, помнят категорию «собака меховая». А некоторые вспоминают свои экспедиционные спальные мешки из собачьих шкур, среди мозаики которых иногда попадались, например, шкурки спаниелей…

Таким образом, издевательство над собакой и даже её убийство испокон веков не являются предосудительным деянием для части человечества. В обществе всегда были и будут три типа людей: те, кто любит собак, считая их едва ли не равными себе, те, кто ненавидит собак, и те, кто к ним равнодушен и предпочитает пользовательский подход.

Вопрос здесь не в любви или не любви, вопрос в том, зачем убивать. Чтобы ответить на него, придётся обратиться к анализу, что представляла собой собака с юридической точки зрения на протяжении веков.

В начальный период становления русского права (в «Русской правде», «Судебниках 1497 и 1550 годов» (судебниках Ивана III)) упоминаний собаки нет. Но в этот исторический период всё-таки имеется одно свидетельство – первое зафиксированное преступление, связанное с охотничьей собакой. Его мы находим в конце XIV в. в новгородской грамоте № 135 «От Иева к Василию Игнатьеву»: «Слугу, что ты послал с сёдлами да с „выжле“, по этому (по седлу и „выжле“. – Е. Ц.) опознали и обвинили в краже. А что было из имущества твоего и моего, то всё взяли, а самого смертью казнили».

Следующий интересный для нас документ – «Соборное уложение 1649 года». В главе 10 мы находим: «А буде кто у кого собаку убьёт нарочным делом, и на нём по сыску велеть за ту собаку, доправя указную цену, отдати исцу. А буде кто собаку убьёт ручным боем не из ружья, бороняся от себя, и ему за ту собаку цены не платить, и в вину ему того не ставити». Далее следует описание ответственности, которая наступает, если кто-то не держит свою агрессивную собаку (или другое животное) на привязи. В случае если это сделано не будет, то владельцу животного полагалось компенсировать ущерб пострадавшему истцу. Если же агрессивное животное не оказывалось на привязи и ситуация повторялась, то его следовало отдать истцу (очевидно, для расправы).

В дальнейшем во всех исторических юридических документах собака в качестве отдельного (ценного) вида имущества уже больше не упоминалась. Основное внимание было сосредоточено на недопущении преднамеренного или непреднамеренного использования собаки в качестве орудия преступления. Это демонстрирует снижение её значимости в жизни общества, а значит, и снижение её ценности (как таковой, я не имею в виду исключения в виде стоимости элитных производителей). Таким образом, с юридической точки зрения собака и любое другое существо – это вещь, которая имеет цену, в отличие от человека, сама жизнь которого представляет собой ценность.

В «Уложении о наказаниях уголовных и исправительных» (1845 г.) в разделе восьмом ст. 988 устанавливала ответственность «за умышленное травление человека собакою или другими животными», приравненную к обычному нанесению увечий.

Нужно отметить, что все указанные выше документы ещё не содержали самостоятельных статей о посягательстве на общественную нравственность в виде жестокого обращения с животными (только чужих не трогай, со своими в рамках своего рационального понимания делай что хочешь) и были направлены только на защиту частной собственности, жизни и здоровья человека.

Так, «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» 20 ноября 1864 г. (кратко «Мировой устав») в ст. 120 предусматривает ответственность за держание диких зверей без соблюдения мер, необходимых для обеспечения общественной безопасности, или выпуск их оттуда по неосторожности в виде ареста не свыше трёх месяцев или денежного взыскания не свыше трёхсот рублей. Следующая статья предусматривает штраф до 10 рублей за «непринятие мер к отвращению опасности от домашних животных», а ст. 123 «за травление человека без преступного умысла собакаю или другими животными» – арест не дольше 15 дней или денежный штраф не более 50 рублей. Ст. 153, относившаяся к тринадцатой главе «О проступках против чужой собственности», устанавливала ответственность за «убой или изувеченье чужих животных», чем причинялся имущественный вред их владельцу.

Интересным с правовой точки зрения стало включение в содержание «Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» 26 ноября 1871 г. дополнительного пункта в ст. 43: «За причинение домашним животным напрасных мучений виновные подвергаются денежному взысканию не свыше десяти рублей». Кстати, сама основная статья звучала так: «За бесстыдные или соединённые с соблазном для других действия в публичном месте виновные подвергаются аресту не свыше одного месяца или денежному взысканию не выше ста рублей».

Стоит обратить внимание, что «напрасные мучения» запрещалось причинять только домашним животным. Дикие же под воздействие статьи не попадали. В дальнейшем с 1886 г. вступили в силу специальные правила, запрещающие и разъясняющие наиболее распространённые виды жестокого обращения. В большинстве своём они касались жестокого обращения с тягловыми и вьючными животными, хотя включали в себя пункт «нанесение животным ударов по голове, животу и другим частям тела твёрдыми или острыми предметами (дубины, крючья и т. д.)».

Чуть дальше дело продвинулось в Уголовном уложении 22 марта 1903 г. В нём, помимо прочего, имелась ст. 287. При её принятии возникла дискуссия о «публичности» и «непубличности» мучений животного (домашнего). В итоге особое совещание пришло к выводу, что и «непубличное» мучение животного может «оскорблять нравственные чувства лиц, до сведения которых путём, например, крика и стона животного дойдут претерпеваемые им мучения; сам вид ран, следов побоев на животных и тому подобных повреждений или истязаний их может возбудить справедливое негодование очевидцев» и посему общество должно карать его так же, как и публичное.

Зачем эти долгие исторические экскурсы? Всё просто. Прошли столетия, а воз, по сути, и ныне там.

Всё течёт, ничего не изменяется

Любые домашние питомцы и хозяйственный скот входят в разряд имущества. Если имуществу причинён вред, преступник должен возместить стоимость убитого животного. В результате, возможно, будет возбуждено также уголовное дело по ч. 1 ст. 245 Уголовного кодекса РФ: «Жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и (или) страданий, а равно из хулиганских побуждений или из корыстных побуждений, повлёкшее его гибель или увечье, наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до трёхсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до одного года, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трёх лет».

Я не буду в который раз переписывать формулы расчёта «компенсации» за загубленную собаку, лишь напомню, что согласно новым Правилам охоты к «собакам охотничьих пород относятся собаки, используемые при осуществлении охоты». Но если на «кровную» собаку у владельца имеется родословная или другой комплект документов (в том числе и о классности), то на простых «лайкоидов», с которыми охотится большинство охотников нашей страны, никаких документов, кроме разве что ветеринарного паспорта, не имеется. Как определить размер компенсации за такую собаку? Размер компенсации за моральный вред – также тема для отдельной дискуссии.

Говорят, что сегодня времена изменились. Появились новые медицинские и ветеринарные средства и приёмы, увеличилась продолжительность и качество жизни, общество в целом явно сдвинулось в направлении гуманизации. Но значительно ли? Да, общество считает дикостью сожжение грешников на костре по святым праздникам и не устраивает на площади шоу «как его посадят на кол». Но, к сожалению, всё это касается в большей степени отношения к людям (которые могут дать сдачи в физическом и юридическом плане), но не к их питомцам. В отличие от диких животных, избегающих контактов с людьми и живущих на свободе, собаки не испытывают страха перед человеком, они принадлежат ему, доверяют ему и иногда расплачиваются за это жизнью.

При этом мы, охотники, оказываемся в особо уязвимом положении. Если хозяева собак «обычных» пород могут хоть как-то обезопасить своих любимцев (держа их при себе на поводке), то мы, в силу специфики использования охотничьих собак, не можем непосредственно находиться рядом с ними.

В большинстве случаев доказать причастность того или иного лица (особенно в случае отравления) к убийству собаки просто невозможно, а значит, риски ничтожны. Но, даже находясь рядом, владелец не может оказать сопротивления. Как ни абсурдно это звучит, но когда стреляют в твою собаку, у тебя есть три варианта: молча смотреть на это, закрыть её своим телом или ответить тем же и приготовиться провести десяток лет на зоне.

Проблема убийства охотничьих собак коренится в том типе гражданского общества, которое на сегодняшний день в течение многовекового исторического процесса сложилось в нашей стране. Человек знает, что за убийство другого человека его, скорее всего, ждёт наказание и общественное порицание. А за издевательство над собакой и даже её убийство ему не будет ничего. Почти ничего. Поэтому он не задумываясь поднимает палку, топор или ружьё. Его поведение часто не подвергается и социальному порицанию, что ещё больше развязывает руки.

Автор: Елизавета Целыхова



Вернуться к списку


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№3, Март, 2013 №4 (91) 2020 №6 (81) 2019 №2 (17) Февраль 2014 №2 (53) 2017 №12 (75) 2018