Диалог об охотничьем и неохотничьем оружии, который нынешнему поколению российских охотников кажется древним как мир, на самом деле имеет очень короткую историю. Более того, на отдельных (и очень обширных, замечу) территориях этот диалог ведется в иной, нежели в России, тональности, а кое-где вообще отсутствует.  " /> Оружие охотничье и неохотничье - №9, Сентябрь, 2013. Русский Охотничий Журнал
Журнал

Оружие охотничье и неохотничье

Диалог об охотничьем и неохотничьем оружии, который нынешнему поколению российских охотников кажется древним как мир, на самом деле имеет очень короткую историю. Более того, на отдельных (и очень обширных, замечу) территориях этот диалог ведется в иной, нежели в России, тональности, а кое-где вообще отсутствует. 

Оружие охотничье и неохотничье
Выражение «все охотничье оружие является сильно украшенным военным», мягко говоря, грешит однобокостью, а в ряде ситуаций и вовсе неверно. 

В частности, никогда не были военными все варианты переломных ружей; в то же время находящаяся по сию пору на вооружении корпуса морской пехоты США снайперская винтовка Remington Mod. 700 изначально проектировалась как охотничье оружие. А на вооружении австрийской пограничной стражи во время оно находились двуствольные комбинированные ружья, которые сегодня относятся к категории элитного охотничьего оружия, зато столь перспективная для охотничьего исполнения винтовка Краг так и не получила своего полноценного охотничьего воплощения.

Тем не менее, хотя пути развития военного и охотничьего оружия сплетены очень тесно, в последнее время они начинают расходиться. Основное размежевание проходит по главной действующей силе любого огнестрельного оружия – боеприпасам. Согласно современной концепции боя, солдат должен быть не убит, а ранен – это заставляет противника затрачивать значительные усилия и средства на возвращение его в строй. С другой стороны, массовое использование боеприпасов в современных войнах, вызванное стрельбой очередями из самых разных видов автоматического оружия, вынуждает конструкторов всего мира заботиться об их удешевлении, которое чаще всего достигается самым прямым путем – уменьшением количества используемых в патронах цветного металла.

Поэтому, с одной стороны, массовым пехотным патроном всех стран мира становятся малокалиберные боеприпасы от 5,45 миллиметров в России, до 5,8 миллиметров в КНР, с другой же – получают широкое развитие гранатометы. Так, в первой Войне в Заливе количество использованных гранат к ручным гранатометам превысило количество расстрелянных винтовочных патронов.

В то же время наиболее мощные военные боеприпасы – такие как 8x68S и .338 Lapua Magnum, находят все большее применение у охотников. И это тоже понятно – охотники в отличие от военных заинтересованы в наиболее быстром и безболезненном умерщвлении добычи.

Наибольшей конвергентностью отличаются охотничьи и военные винтовки рубежа XIX и XX столетий. Именно к тому времени относится поговорка: «Британия вступила в войну, имея хорошую военную винтовку, Италия – спортивную, а Германия – охотничью». В значительной степени это обуславливалось применением так называемых «лошадиных» патронов – то есть патронов, рассчитанных
на поражение цели на дистанции 1000 метров и долженствующих быть смертельными для лошадей на расстоянии до 300 метров. Таким образом, предполагаемая живая цель как раз попадала в типоразмерный ряд средней дичи на большей части поверхности земного шара. А Mauser Mod.98 до сих пор является законодателем моды для охотничьего оружия всех стран и конструкторских бюро мира. Холивары о том, какая винтовка является наиболее охотничьей – Winchester Mod.70 pre-1964 (представляющий собой практически чистый «маузер») или Winchester Mod.70 post-1964 (значительно упрощенный вариант), кипят и не стихают до сих пор, несмотря на то, что со времени этой модернизации прошло без малого полвека. 

Если обратиться к более раннему периоду, то мы увидим, как сотни тысяч армейских ружей и винтовок переделывались в охотничьи и выбрасывались на гражданский рынок – от кремневых Brown Bess до «спрингфильдов», «шарпсов» и «берданов».

Пожалуй, единственной областью, где военные винтовки не полностью справлялись с поставленными задачами, была охота на крупных толстокожих животных. Хотя знаменитая «зачистка» округа Макуэни (в Кении) от носорогов проходила с помощью самой обыкновенной армейской винтовки Маузера под патрон 7,92х57, а Карамоджо Белл добывал из 6,5-миллиметрового карабина слонов. Создание специализированного охотничьего оружия в СССР/России, с моей точки зрения, напрямую связано с отсутствием приемлемой винтовки для гражданской переделки (в отличие от Германии и США). Подробнее об этом будет сказано отдельно, в очерке, посвященном карабину Мосина.

Тем не менее охотничье сообщество отнюдь не перешло от традиционных военных систем к охотничьим. Оно просто поставило точку в развитии военных образцов: в каждом отдельном охотничьем мирке – на своем месте. И не беда, что эта точка для европейцев пришлась на начало XX века, а для россиян – на его середину. Все равно это не что иное, как помещение военного оружия в специальные, достаточно умозрительные рамки. Рамки, призванные ограничить возможности стрелка – для приведения его в некоторое соответствие с возможностями животного.

Таким образом, четкое разделение оружия на «охотничье» и «неохотничье» принято лишь там, где охота носит откровенно ритуальный характер и не является частью повседневного образа жизни. Ибо, как заметил когда-то один из лучших охотников-проводников на Дальнем Востоке России Владимир Соловей, «медведю плевать, из чего его стреляют».


Текст и фото: Михаил Кречмар 

Вернуться к списку


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№11, Ноябрь. 2012 №8 (23) Август 2014 №7, Июль, 2013 №1 (64) 2018 №9 (72) 2018 №9 (48) 2016