Журнал

Кабан: в правовом и пшеничном полях

Каждое животное в чём-то уникально. Ареал, экология, отношения с человеком, место в его культуре. Не составляет исключения и дикая свинья, она же кабан. Кстати, само это слово – «кабан» – в русском языке относительно недавнее (судя по всему – не древнее XVI века) заимствование из тюркских языков. Ранее же наши славянские предки именовали это животное сохранившимся, но не очень часто используемым ныне словом «вепрь».

Кабан: в правовом и пшеничном полях

Кабан на протяжении долгого времени остаётся одним из самых популярных копытных охотничьих животных почти на всём ареале своего обитания. Причин этому много: доступность (относительно других копытных), вкусное (в большинстве случаев) мясо, динамичные и интересные охоты. Ну и самое главное – кабан очень продуктивен как ресурс. Ни одно наше охотничье копытное животное не может воспроизводиться в темпах, сопоставимых с дикой свиньёй. При правильно «настроенной» системе использования этого ресурса можно ежегодно изымать свыше половины его численности абсолютно без ущерба для популяции. Правда, вот уже полтора десятилетия во многих местах полноценно раскрывать ресурсный потенциал кабана не представляется возможным по причине последствий пресловутой африканской чумы, из-за которой это животное приписывается на отдельных территориях то уничтожить совсем, то сократить плотность до каких-то микроскопических показателей. Ну да ладно, не будем о грустном.

Итак, несмотря на спорадические вспышки АЧС, кабан до сих пор остаётся важным и значимым охотничьим ресурсом во многих регионах нашей страны. В контексте данной статьи нас будут интересовать прежде всего особенности его правового положения в отечественном законодательстве по сравнению с другими охотничьими ресурсами. В чём же они заключаются? Едва ли не главное отличие состоит в том, что кабан – единственное копытное охотничье животное, которое в соответствии с федеральным законом «Об охоте…» и соответствующими подзаконными актами в данный момент не является «лимитируемым» видом. То есть для возможности охоты на него не требуется утверждения квот (что подразумевает под собой особую процедуру с общественными слушаниями и государственной экологической экспертизой), а разрешений на добычу теоретически может выдаваться даже больше, чем учтена численность этого животного в конкретном охотугодье. Стоит сказать, что первоначально, при принятии федерального закона «Об охоте…» и соответствующих подзаконных актов, кабан, как и другие копытные, был отнесён к лимитируемым видам, однако в 2013 году в связи с известными эпизоотическими событиями из этого перечня он был исключён, в целях упрощения возможности его добычи.

Теперь, как минимум теоретически, реалии получения права на кабанью охоту не должны отличаться от аналогичного процесса в отношении какого-нибудь тетерева. На практике, конечно, в большинстве случаев всё выглядит несколько иначе. Как и следовало ожидать, много где фактическое отношение охотпользователей и уполномоченных органов к этому животному не поменялось. Поэтому рядовой охотник изменения правового статуса кабана мог и не заметить. А количество техническо-юридических способов, которыми в разных регионах постарались не допустить упрощения процесса получения бумаг на добычу такого ценного ресурса, наверняка перевалило за десяток, и их описание по объёму потянет на целую статью в каком-нибудь юридическом издании.

Теперь посмотрим, какие положения, персонально касающиеся кабана и отличающие его от других копытных, содержат ныне действующие правила охоты. Начнём с самого важного – сроков охоты. В соответствии с правилами охота на все половозрастные группы кабана продолжается с 1 июня по 28 (29) февраля. Для властей региона допускается вводить по согласованию с уполномоченным федеральным органом ограничения сроков, но общая продолжительность кабаньего сезона должна составлять не менее 210 дней. При этом в период с 1 января по 28 (29) февраля запрещается добыча кабана загоном, нагоном, а также с применением собак охотничьих пород (за исключением случая добора подранков). Кроме того, аналогичное ограничение способов охоты вводится в случае принятия в соответствии с ветеринарным законодательством Российской Федерации решения об установлении карантина для предупреждения распространения и ликвидации очагов африканской чумы свиней.

Как и по кабарге, косулям и дикому северному оленю, по кабану можно стрелять картечью. Правда, по первым минимальный разрешённый её диаметр составляет 5 мм, а для кабана он повыше – 7,5 мм. Кабана можно отлавливать живоловушками в рамках охоты в целях регулирования численности (других копытных живоловушками допускается отлавливать исключительно в рамках охоты в целях «осуществления научно-исследовательской деятельности, образовательной деятельности, в целях акклиматизации, переселения и гибридизации охотничьих ресурсов, в целях содержания и разведения охотничьих ресурсов в полувольных условиях или искусственно созданной среде обитания»). Также кабан вместе с диким северным оленем – единственные копытные животные, при регулировании численности которых можно использовать механические транспортные средства и летательные аппараты. Правда, только в случае установления на соответствующей территории ветеринарного карантина для предупреждения распространения и ликвидации очагов заразных, в том числе особо опасных, болезней животных.

Теперь можно отвлечься от скучных для большинства охотников правовых нюансов и немного поговорить об охоте. Как-то так получилось, что в последние пару лет (с момента отмены запрета использования ночной оптики и тепловизоров на охоте по копытным не с вышки) любимым способом добычи кабана у меня стала охота ночью с подхода. Особенно приятно заниматься такими вещами летом. С одной стороны, в этом есть некоторые неудобства в виде летающих кровососущих насекомых, а также высокой травы, которая местами осложняет подход. С другой, на мой взгляд, это всё нивелируется тёплой погодой (хоть в майке подходи) и самое главное – вкусными секачами, ещё не успевшими начать приобретать гонный аромат.

В этот раз поездка в один из соседних регионов, где численность кабана была довольно высокой, обещала быть интересной. Цель – добыть летнего секача. Встреча с представителями охотхозяйства, короткий инструктаж, и вперёд в угодья! С наступлением сумерек начался обход полей. Как назло, на чистом безоблачном небе просто каким-то прожектором пылал почти полный лунный диск. Каждый «ночной» охотник знает, что в такие ночи современная дичь обычно ведёт себя не слишком активно, видимо, предполагая свою повышенную уязвимость. Поначалу крупной живности вообще не попадалось, а в окуляре теплогляделки мелькала лишь мелочь: то заяц, сидящий на стерне, то силуэт лисицы, промелькнувший вдалеке на границе посадки. Потом начали попадаться косули, самцы которых вели себя не очень осторожно: гон у них был почти в самом разгаре. Но на косулю бумаг не было, поэтому рогатые красавцы интересовали нас только с эстетической точки зрения.

Тем временем ночные часы текли, локации были сменены уже несколько раз, а кабанов всё ещё видно не было. И вот с очередной возвышенности наконец-то далеко на краю соседнего поля было замечено нечто, по всем показателям являющееся одиночным кабаном, то бишь почти наверняка секачом. Подход обещал быть долгим и своё обещание «исполнил». Лёгкий ветерок не особо глушил шаги, а идти приходилось по сухой и хрустящей скошенной стерне. В общем, скорость подхода была весьма низкая. Более того, в какой-то момент стало понятно, что расстояние между охотником и зверем практически не сокращается. Связано это было с тем, что кабан потихоньку смещался на ветер, то есть в противоположную от меня сторону.

Я не любитель дальних ночных выстрелов, но на небольшом расстоянии по ходу движения кабана виднелись заросли, что грозило потерей шанса. Поэтому, кое-как разместившись лёжа на колючей стерне, приготовился стрелять. Что самое неудобное – кабан продолжал неспешное движение, и для выстрела подставлялась исключительно задняя часть его корпуса. Кое-как выбрав момент, когда зверь оказался хотя бы вполоборота, я нажал на спусковой крючок. После выстрела явственно был слышен шлепок попадания пули в тело, однако кабан, не падая и даже никак не демонстрируя признаки ранения, молнией унёсся в сторону спасительных зарослей.

Подъехавший спустя пару минут егерь подтверждает, что звук попадания тоже вроде бы слышал. Вдвоём с ним направляемся к месту – но ни капельки крови, ни шерстинки в свете луча фонарика найти не удаётся. Искать подранка в зарослях, куда он убежал, без четвероногих помощников занятие бесполезное. Значит надо вызывать собак. Привезённая пара западносибирских лаечек сходу берёт след и скрывается в зарослях. Каких-то несколько минут, и точки на экране навигатора останавливаются в полутора сотнях метров от нас. Голоса нет, значит, кабан уже дошёл. Проламываемся сквозь камыш и колючие ветки – вот он, лежит. Средненький секачик, летом на мясо – самое то, это вам не зимний гонный вепрь. С погрузкой, конечно, приходится чуть помаяться – а ну-ка вытащи добычу из такой крепи, – но кое-как справляемся. А дальше разделка, образцы – в лабораторию, клыки – на выварку, мясо – в морозилку.

Автор текста и фото Михаил Сидоров



Вернуться к списку


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№7 (82) 2019 №10 (85) 2019 №4 (31) 2015 №12 (111) 2021 №12 (63) 2017 №4 (79) 2019