Журнал

«Артемида» по-пенсильвански

Американскую концепцию «позитивного мышления» в России по традиции не жалуют. То ли сказываются остатки древних мифов о том, что надо запутать злых духов, меняя желательный и нежелательный исход местами (мы до сих пор говорим «ни пуха ни пера»), то ли оно воспринимается как необъективный самообман («смотреть через розовые очки»). 

«Артемида» по-пенсильвански

На самом деле «мыслить позитивно» означает «фокусироваться на том, что реально существует и что с этим можно сделать». Как гласит американская пословица: «Если тебе достался лимон – попробуй сделать из него лимонад».

Эту модель мышления за рубежом применяют и к ижевским ружьям. Не секрет, что они похожи на тот костюм из классической советской сатиры: носить его невозможно, но «пуговицы пришиты» крепко. Иными словами, основные части оружия – прочной, проверенной временем конструкции, сделаны из качественных материалов с хорошим запасом по прочности. Но к этому в комплекте прилагается довольно существенный набор недостатков: здесь и «дубовая» ложа со спорной, мягко говоря, эргономикой, и большой вес, и нестойкая и некрасивая отделка. Плюс к тому – регулярно встречающийся брак в сборке и отладке сложных механизмов (таких как односпусковой УСМ), пайке стволов и прицельных планок, отдельные дефекты сверловки. И что с таким «лимоном» делать потребителю?

«Русский охотничий журнал» начинает серию публикаций о зарубежных оружейниках, которые используют ижевские ружья как своего рода полуфабрикаты, превращая их в штучное оружие, полностью удовлетворяющее охотника. Герой этого номера – оружейный мастер из штата Пенсильвания (США) Ричард Шоу, известный своими штуцерами на колодках дробовых ружей.

 

– Ричард, начнём с начала. Как вы стали оружейным мастером?

– Я начал чинить ружья, когда мне было лет шестнадцать. Первое время занимался этим только по вечерам и выходным, а по будням работал на разных механических производствах, освоил кучу разных специальностей – я сертифицированный сварщик, например – но в оружейном деле до всего доходил сам. Хотя работа с железками мне по жизни давалась легко: стоит только представить себе, что я хочу сделать, и оно получается, как будто я всю жизнь только этим и занимался. А в 1974 году открыл полноценную мастерскую – ремонтировал револьверы и пистолеты и делал на заказ винтовки с продольно-скользящим затвором.

– Нужна ли для этого какая-нибудь лицензия?

– Пока чинишь или делаешь ружья только себе или знакомым – нет, а чтобы зарабатывать этим деньги, нужно получить федеральную лицензию на торговлю оружием. Это несложно, главное, не иметь криминального прошлого, и чтобы было подходящее помещение для хранения оружия, оборудованное охранной сигнализацией. Оно может быть где угодно, хоть в подвале собственного дома, если пройдёт инспекцию и городские законы это разрешают.

– А текущую деятельность правительство как-то контролирует?

– Главное, чтобы отчётность была в порядке. Когда ко мне поступает ружьё (ружьём считается та основная деталь, на которую крепятся все прочие части оружия – стволы, затвор и так далее, даже если на данный момент они сняты), то первое, что я должен сделать – надеть на него идентификационную бирку и до конца рабочего дня внести все движения оружия в учётную книгу. Если агент БАТО[1] зайдёт в мою мастерскую и увидит там ружьё без ярлыка, то он имеет право его конфисковать и уничтожить без суда. Все сотрудники правоохранительных органов имеют право доступа к учётной документации и обыска мастерской без ордера.

– Есть ли меры для защиты потребителя от некачественного оружия – сертификация, обязательная проба?

– Адвокаты – его главная защита. Как подумаешь о том, что они с тобой сделают, если что-то пойдёт не так, сам всё десять раз перепроверишь. Ни сертификации, ни обязательных испытаний у нас нет, и, по большому счёту, в них нет необходимости.

– А когда вы решили заняться штуцерами?

– Это было в 2004 году. Я тогда решил уйти на пенсию, но не отходить от дел полностью, а заняться построением штуцеров и только этим, как хобби.

– Как из дробовой двустволки получается штуцер?

– Сначала отпаиваю планки, потом, если стволы спаянные, обрезаю их у конца патронника и слегка рассверливаю, чтобы получился моноблок. Если ружьё с моноблочными стволами, просто вынимаю из него трубки. Заготовки для нарезных стволов я покупаю у разных производителей. Они приходят 71 см длиной и 3 см в диаметре. Привожу их к нужному профилю на токарном станке, используя лекала собственной разработки, затем высверливаю патронник под требуемый патрон и спаиваю стволы в дуле начерно, для первой пристрелки, которая нужна, чтобы понять, как делать соединительные планки.

– Так ли сложно сострелять стволы, как об этом пишут все оружейники мира?

– О, да! Штуцер – штука такая же темпераментная и непредсказуемая, как... не скажу что, а то в сексизме обвинят. Без операции состреливания не обойтись. Многие пробовали, и я в том числе, разработать формулу или универсальную соединительную планку, но всегда безуспешно. Сострел может быть очень нервным делом, на него может уйти до 100 патронов. Хотя как повезёт: на одном штуцере я спаял стволы, сделал два выстрела, и на дистанции 70 метров пули легли в 6 мм друг от друга  – и что-то ещё делать со стволами было не надо. А пару раз приходилось даже менять одну из ствольных трубок.

Но это выясняется уже на вторичной пристрелке. А пока, после первого отстрела, я делаю планки, механический прицел и гнёзда под быстросъёмный кронштейн для оптики, моей собственной конструкции (если клиент заказал). Затем спаиваю всё на серебряный припой – и начинаю пристреливать набело. Только представь: чтобы изменить точку попадания стволов на дюйм, надо сам ствол сдвинуть на сотую долю дюйма! Вот какая тонкая эта работа!

– Почему именно русские ружья?

– Вообще, я предпочитаю работать с колодками от старых немецких ружей: Sauer, Kettner – очень прочные ружья, с высоким качеством. Но хорошо сохранившиеся экземпляры стоят дорого. На других новых бюджетных ружьях бывают проблемы с качеством – с термообработкой, например. А «Байкал» сделан как танк и стоит недорого. Вообще, я наткнулся на них случайно – зашёл в оружейный магазин, смотрю, стоит ружьё 12-го калибра под патрон «Магнум» всего за 300 долларов, купил на пробу. Поставил на него стволы .45-70 и как только над ним ни издевался – всё выдержало. Этот штуцер до сих пор в строю и кладёт пули из обоих стволов в полторы угловые минуты.

– На какую дичь охотятся с вашими штуцерами?

– Я охочусь на белохвостого оленя с одним из первых собранных мной штуцеров, на байкаловской колодке .410 калибра, под патрон .30-30 Improved, хотя сохранить его было непросто. Каждый, кто со мной охотился, хотел его купить. Очень удобная и добычливая винтовка получилась, минимум одного оленя в сезон с ней беру. Другие заказывают для крупного и опасного зверя, вплоть до слона...

– Даже слона?

– Ну, не буду врать, слонов с моими штуцерами ещё не брали. Но один из них вполне на это способен. Я его сделал по заказу одного врача, на колодке 16-го калибра, под самодельный патрон, эквивалентный .450 NE в гильзе длиной 8,3 мм. Пуля весом 500 гран, начальная скорость 600 метров в секунду – практически как у .458 Win. , так что получилось «слоновье ружьё для бедных», так сказать. Просто все компоненты патрона продаются везде и стоят недорого, так что при самостоятельном снаряжении выстрел обходится всего в три доллара. Но пришлось, конечно, ружьё на 700 граммов утяжелить, иначе бы отдача была непереносимой.

– Неужели затвор «Иж-43» может выдержать такое давление?

– Один-два выстрела может выдержать и 45 тысяч ПСИ без какой-то деформации. Честно говоря, я не рискну озвучить заряды, которыми испытывал ту первую двустволку, попавшую ко мне в руки. Хотя я, конечно, стараюсь сделать всё, чтобы давление в патроннике было как можно ниже. Например, высверливаю патронник чуть свободнее. Есть и другие трюки, скажем, применять гильзы максимально цилиндрической формы; они оказывают большее сопротивление силе, толкающей их при выстреле назад, и за счёт этого сила давления, действующая на лоб колодки, тоже ниже.

Вообще, сила сопротивления гильзы движению имеет большое значение. В Британии, например, один из способов, которым испытывают винтовку – выстрелить обильно смазанным патроном. Кстати, мой совет всем стрелкам: следите, чтобы в патроннике не было ни капли смазки, и протирайте гильзы спиртом, так сила трения о стенки патронника будет выше, а давление на зеркало затвора, наоборот, ниже.

Но надо сказать, что в патронах крупных калибров давление в патроннике, как правило, не такое высокое, как у малых. За счёт объёма гильзы и с медленно горящим порохом можно удержать его в пределах 2100 -2500 кгс/кв. см.

– В России ижевские ружья известны нестабильным качеством. А вы сталкивались с какими-нибудь дефектами изготовления?

– Я сделал всего 24 штуцера на базе ружей «Байкал», и серьёзная проблема была лишь однажды, с односпусковым УСМ. Это был штуцер 12-го калибра с полностью нарезными стволами, сведёнными под пулю Brenneke Black Magic массой 600 гран и начальной скоростью 450 метров в секунду. Я его сделал на колодке ружья с фальшдосками, такие продавались под маркой Savage. После пяти сдвоенных выстрелов подряд пришлось заменить УСМ на традиционный двуспусковой. С тех пор я даже думать забыл об односпусковых УСМ на «Байкалах».

– Под какие патроны чаще всего заказывают штуцеры?

– Мне лично для охоты на оленей нравится .30-30 Improved. Это, по сути, .30-30 Win., но гильза приведена к строго цилиндрической форме, с радиусом плеча в 40 градусов. Нередко заказывают ружья 12-го калибра с полностью нарезными стволами, для охоты в зонах, где разрешено только гладкоствольное оружие. Делаю и экзотические патроны – например, тот самый «слоновий» эквивалент .450 NE. Был один штуцер .40-60 Win., который я сделал на колодке ружья .410 калибра – тут получилось особенно удачно, потому что можно было использовать родные экстракторы. Но больше всего, конечно, заказывают ружей под патрон .45-70.

Кроме штуцеров, я сделал несколько кэйп-ганов, или «капских ружей», – это горизонталка с одним гладким стволом и одним нарезным крупного калибра. Два кэйп-гана я сделал для одного владельца ранчо из Коста-Рики. Ему приходится иногда отстреливать ягуаров, нападающих на скот и лошадей. Один такой ягуар его чуть не задрал, и в поиске идеального оружия для такой охоты он пришёл ко мне. Я сделал ему, как уже говорил, два ружья: одно – с левым стволом 20-го калибра и правым .45-70, второе – с левым 12-го и правым .45-70. Он мне писал, что эти ружья четыре раза спасали ему жизнь.

– Сталкивались ли вы со штатными образцами штуцера Ижевского завода «Артемида»?

– Лишь однажды. Это было штуцер под патрон .30-06, которое владелец так и не смог привести к нормальному бою, используя штатный механизм сведения. Честно говоря, этот механизм и меня не очень впечатлил. Я его запаял намертво и свёл штуцер под 180-грановую пулю обычным способом. Мне говорили, что «Артемида» под патрон .45-70 с завода весит слишком мало и имеет слишком сильную отдачу.

– Что вам больше всего нравится в «Байкалах»?

– Это удивительно качественное оружие для своей цены. Все механизмы простые и логичные, сделаны добротно и прочно. Очень много маленьких достоинств, которые может заметить только оружейник. Например, то, как соединяется колодка с ложей. При отдаче колодка как бы сдавливает волокна дерева с боков, не давая им расколоться.

– Есть ли разница в качестве русских ружей в зависимости от того, под каким брендом они продаются?

– Я предпочитаю те, что сделаны как «Байкал». То, что продавалось под брендом Remington, мне не понравилось: показалось, что в производственном процессе пошло какое-то удешевление, отразившееся на качестве. И стволы сведены у них были хуже. Ремингтоновские ружья полегче «Байкалов», но это для построения штуцера наоборот, плохо.

– Что бы вы изменили в русских горизонталках?

– Ложу. Ложа – самая большая проблема с ними на американском рынке. Здесь никто не любит ложи светлого дерева. Если бы завод смог ставить на свои ружья ложи, которые имели бы цвет классического тёмного ореха, продажи бы сильно выросли. Да и более совершенная форма, возможно, со щекой, не помешала бы.




[1] Бюро алкоголя, табака и огнестрельного оружия (Bureau of Alcohol, Tobacco and Firearms) – федеральная служба США, ответственная в том числе за оборот оружия.

  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить
  • Увеличить

Текст: Алексей Морозов 
Фото: Ричард Шоу

 

Вернуться к содержанию номера


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№7 (22) Июль 2014 №9 (36) 2015 №6 (81) 2019 №12, Декабрь, 2013 №8 (23) Август 2014 №8 (59) 2017