Журнал

Южная весна

В последнее время из разных источников нередко стали звучать слова о необходимости закрытия весенней охоты на водоплавающую дичь в южных регионах европейской части России. Надо сказать, что долгосрочные тенденции к такому развитию событий есть: уже много лет не открывается весенняя охота в Астраханской и Ростовской областях, Краснодарском крае.

Южная весна Несколько раз судьба весенней охоты оказывалась на волоске и в других южных регионах. В нынешнем изменчивом мире трудно предсказать, чем это всё закончится. Но для южных охотников вероятность остаться совсем без весенней охоты определённо существует.

Страна наша велика, и охотничьи традиции в разных её уголках очень многообразны. Причём различаются они настолько, что нередко охотники разных регионов могут в прямом смысле не понимать друг друга, обсуждая тот или иной аспект охоты. А уж наличие довольно существенных «местных нюансов» вполне нормально даже для двух соседних деревень. Поэтому всегда интересно взглянуть, как происходит та или иная, казалось бы, общераспространённая охота в разных частях России.

В этой статье я не буду касаться спора о допустимости или недопустимости весенней охоты на пернатую дичь в целом (и на юге страны в частности) и не буду озвучивать никаких аргументов ни за, ни против. Наверное, каждый хоть чуть-чуть любопытный охотник знает аргументы обеих сторон наизусть, и бесконечное их перечисление в широких охотничьих (а иногда и не только) кругах больше напоминает механическое декларирование своей позиции, чем сколько-нибудь конструктивный спор. Так что предлагаю просто поговорить про южную весеннюю охоту как она есть.

Южная весна

Конечно, как и любое другое описание, это не лишено субъективности и, наверное, страдает излишней обобщённостью. Но надеюсь, что относительное представление об особенностях весенней охоты на юге нашей страны оно получить позволит. Наверное, рассказать о каком-то явлении проще всего, сравнивая его с другим похожим и хорошо всем известным явлением. На эту роль лучше всего подойдёт весенняя охота в средней полосе (в широком смысле этого географического термина) России, поскольку она наверняка довольно хорошо знакома большинству читателей. Для сравнения мы будем использовать три основных параметра:

– природа (погодные условия, ландшафт);

– дичь (её разнообразие, количество, распределение по угодьям);

– сами охотники и охотничьи традиции.

Итак, сначала поговорим о погоде. Смена времён года в разных климатических условиях происходит по-разному. На юге весеннее тепло обычно приходит как-то стремительно. Как будто природа не успевает хорошенько заснуть на зиму и поэтому просыпается сразу, без раскачки. И для охотника всё происходит настолько быстро, что весну как отдельное время года зачастую почти не успеваешь прочувствовать. Только чуть-чуть умоется земля весенними дождиками – и почти тут же наступает жаркое лето. Вроде бы такое положение вещей было всегда, но в последние годы (возможно, благодаря глобальному потеплению?) это становится всё более заметно.

В средней полосе, если пользоваться симметричными метафорами, природа, хорошо выспавшаяся за зиму под уютным покрывалом из снега, раскачивается медленнее. Весна приходит плавно, постепенно, давая людям возможность любоваться всеми своими процессами: первыми ручейками из растаявшего снега, появляющимися проталинами, распускающимися листьями деревьев. Поэтому, охотясь там, весну как бы успеваешь полноценно прочувствовать, практически потрогать.

Кстати, как нигде это ощущается именно на спокойных, созерцательных охотах: на вечерней вальдшнепиной тяге и на зорьке с подсадной. В минуты таких охот по-настоящему слышится весеннее дыхание оттаивающей и освобождающейся из-под снега земли, а охотник сам как будто растворяется в природе и проходит все стадии весеннего пробуждения вместе с ней. Азартная охота на гусей и окружённая ореолом таинственной древности, но слишком «адреналиновая» глухариная охота на току, на мой взгляд, именно в этом отношении уступают. Кажется, по степени бесконечной созерцательности с охотой на весеннем разливе малой лесной речки в компании только своей подсадной утки или с ожиданием лесного кулика на закате где-нибудь в перелеске могут поспорить разве что пресловутые «огонь костра и течение воды».

На юге этого всего практически не увидишь. Вальдшнепа – по понятной причине отсутствия тяги. А охоты на селезня слишком часто превращаются в этакую неполноценную копию осенних охот – с большими кучами рассаженных по воде чучел и стремительными налётами встревоженных утиных стай, из которых добросовестные охотники пытаются выбить зеленоголовых красавцев. Сам я стараюсь следовать негласному правилу, давно сформулированному кем-то из охотников: «Осенью стрелять только влёт, весной – только сидячих», но делать это бывает не всегда легко из-за общей обстановки в угодьях.

Что касается ландшафтов, то для юга типичны либо целинные степи, покрытые невысокой растительностью, либо почти такие же бескрайние сельскохозяйственные поля, разбитые на ровные прямоугольники тонкими ниточками защитных лесополос. Здесь охотятся на гусей. А уток чаще всего стерегут либо на обводнённых балках и прудах, покрытых тростниково-рогозной растительностью, либо на различных обширных степных водоёмах.

Теперь об охотниках. Географическая область проживания, вместе с окружающим населением, не может не накладывать отпечаток на менталитет человека. А разница в менталитете не может, в свою очередь, не сказываться и на охотничьих традициях. В этой связи уместно обратить внимание на два основных момента. Во-первых, южане вообще народ более «коллективный» в охотничьем плане, чем их северные соседи. Соответственно, открытие охоты (в том числе и весенней) чаще, чем в средней полосе, превращается в массовый «праздник жизни». Чего только интересного не встретишь в полях и на охотничьих базах вечером перед открытием весной где-нибудь в Ставропольском крае или Волгоградской области! Угодья в это время наполняются многолюдными таборами охотников. Музыка (нередко – живая), горячительные напитки, обильные застолья и, конечно, бесконечные разговоры о прошлых и предстоящих охотах – именно такой фон становится обычным для южнорусских степей в дни открытия весенней охоты.

Во-вторых, классические охотничьи традиции весенней охоты на юге развиты относительно слабее. Здесь гораздо сложнее найти настоящих хороших подсадных, с которыми их хозяева полноценно работают: проводят селекцию, вызаривают перед охотничьим сезоном и т. д. Стандартная ситуация с подсадными на юге – это полсотни полусвободно живущих на деревенском подворье крякв, из которых перед охотой случайным образом отлавливается пара-тройка и берётся «на воду». А после, в случае неудовлетворительной работы, нередко эти пернатые избранницы идут в общий котёл вместе с добытой дичью. Имеются и другие примеры. Так, пожилые охотники в одном южном регионе рассказывали мне, что во времена их молодости весной на утку вообще не принято было охотиться с чучелами/подсадными. Да, стреляли вроде бы только селезней, но исключительно с подхода.

Южная весна

Наверное, нельзя однозначно ответить на вопрос, почему с весенними традициями на юге сложилось именно так. Может из-за избалованности охотников относительным осенним изобилием водоплавающей дичи, а может, в силу каких-то иных исторически обусловленных причин. Понятно, что далеко не всегда охота происходит таким образом, как описано выше. Кто-то и на юге открывается в одиночку, тихо высадив подсадную утку в заросшей пойме небольшой степной речки, а кто-то, напротив, выезжает весёлой толпой куда-нибудь на разливы в пределах Среднерусской возвышенности. Но соотношение коллективов и одиночек в обсуждаемых макрорегионах явно неодинаковое.

Что касается обилия водоплавающей дичи, то юг, конечно, во время весеннего пролёта богаче, чем средняя полоса, и количеством птицы, и разнообразием её видов. Волны мигрирующих гусей и уток здесь летят концентрированно, далее на север как бы рассасываясь по угодьям более широким фронтом. Солидные кряквы, стремительные чирки обоих «наших» видов, широконоски, шилохвости, свиязи и разнообразные нырковые утки – кого только не увидишь весной на южных водоёмах! Особый колорит перемещающимся птичьим массам придают ярко окрашенные стаи специфических южных видов: пеганок и огарей. Кстати, стоит помнить, что практически на всех серьёзных водоёмах (реках, озёрах и водохранилищах) как юга, так и средней полосы России запрещена весенняя охота на гусей, а кое-где ограничено и видовое разнообразие разрешённых к добыче видов уток.

При этом, несмотря на описываемое изобилие дичи, я не могу припомнить из своего опыта каких-либо выдающихся результатов в добыче селезней весной именно на юге (с гусями – другое дело). А нередко бывало и так, что уходить с зорьки приходилось без единого выстрела. Но, кажется, это именно тот случай, когда отсутствие добычи не должно особо сильно расстраивать охотника.

Автор текста и фото Михаил Сидоров



Вернуться к списку


Оставить комментарий

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

Подписка

Подписку можно оформить с любого месяца в течение года.

Оформить подписку

 
№2 (41) 2016 №8 (47) 2016 №5 (32) 2015 №8 (23) Август 2014 №8 (35) 2015 №9 (48) 2016